«Парагвай вышел умирать со сборной Германии», — сказал Кирьяков в разговоре с журналистом «Чемпионата» Николаем Барановым. И в этом, по его словам, вся разница в настрое. Германия была объективно сильнее — по именам, по уровню клубов, по всему, что принято считать аргументами перед матчем. Входила в шестёрку реальных претендентов на титул. И именно это, судя по всему, её и погубило.
Кирьяков говорит прямо: в голове у каждого немецкого футболиста жила спокойная уверенность — дожмём. А не дожмём — есть Нойер, разберёмся в серии пенальти. Эта мысль, удобная и привычная, отключила то самое «включение», без которого большой турнир не выигрывается. Англия с Конго включилась. Бельгия с Сенегалом — тоже. Германия — нет.
Ещё один момент, который Кирьяков считает принципиальным: отсутствие настоящего центрального нападающего. Того типажа, который исторически был визитной карточкой этой сборной — человека, который берёт игру на себя в момент, когда всё зависает. Без него атака превращается в движение ради движения.
Сенсация? По счёту — да. По сути — закономерность, которую просто никто не захотел видеть заранее.
