«Может, это был последний танец нашей легенды,» – слова Брэдли звучали почти как прощание. «Лучший боец своего поколения.»
Затем, словно выпуская давно копившееся разочарование, он бросил в камеру: «Я же твердил вам — Кроуфорд побил бы даже Мейвезера! Вы не верили. А теперь верите?!»
В его взгляде читалось что-то личное, почти болезненное. Брэдли провёл пальцами по шраму над бровью — молчаливое напоминание о собственных битвах.
«Послушайте, я знаю свой уровень как бойца,» – добавил он тише. «И Кроуфорд — в тысячу раз лучше меня.»
Слова повисли в воздухе телестудии. Никто не спорил.
«Один из величайших в истории,» – подытожил Брэдли. «Я всегда это говорил.»
За окном студии садилось солнце, а в мире бокса, возможно, восходила новая звезда абсолютной величины — звезда, чьё сияние Брэдли предсказывал задолго до остальных.
