Шарль Леклер на послегоночной пресс-конференции говорил об этом спокойно, но с нотками усталости — человек, который явно успел прокрутить финальные круги в голове не один раз. «Появился сейфти-кар, потом, по какой-то причине, круговым нужно было нас объехать, и я плёлся где-то на ста-ста двадцати километрах в час», — объяснил монегаск. При таком темпе шины просто перестают работать — они остывают, теряют сцепление, и любой резкий рестарт превращается в лотерею.
Леклер прямо сказал, что не хотел перезапуска. «Шины были абсолютно холодными, так что к рестарту я отнёсся скептически». Да, трибуны наверняка хотели финального ускорения — болельщики на Сильверстоуне не из тех, кто молча принимает антиклимакс. Но пилот признал это с какой-то честной прямотой: для публики такой финал — разочарование, он это понимает. И всё же добавил, что рад, что рестарта не случилось.
За этим — простая механика большого спорта: иногда безопасность и зрелищность тянут в разные стороны. И выбор, как правило, очевиден.
