Поддержка в «Ред Булл» была — до поры. По его словам, команда болела за него, Кристиан Хорнер и Хельмут Марко искренне радовались бы его победам. Но где-то за закрытыми дверями всегда существовала негласная иерархия, которую никто особо не скрывал. «В конце концов они говорили мне, что весь проект делается для нашего гонщика, и наш гонщик — Макс», — сказал Перес прямо.
Это не жалоба. Скорее — трезвая оценка человека, который провёл несколько лет в тени четырёхкратного чемпиона мира и сумел с этим смириться. «Для меня это было ясно, и я это принял. Я просто пытался выжать из этого максимум», — добавил он.
Что именно стоит за этой фразой — годы сдержанного разочарования или действительно рабочее примирение с обстоятельствами — остаётся между строк. Но сам факт, что Перес говорит об этом теперь, уже выступая за «Кадиллак», придаёт словам особый вес. Там, где он сейчас, правила игры, судя по всему, другие.
