Ситуация назревала месяцами. Ирвинг, находясь на исходе контракта с «Нетс», жаждал продления на десятки миллионов. Руководство «Бруклина» не горело желанием платить игроку, регулярно пропускавшему матчи — то из-за отказа вакцинироваться, то после скандала с антисемитскими постами. Когда Ирвинг осознал бесперспективность своего положения, он запросил обмен.
Слухи поползли в конце июня. Сразу несколько источников подтвердили: «Лейкерс» входили в шорт-лист желаемых Ирвингом команд, а Леброн страстно желал воссоединения.
Но переговоры зашли в тупик. Генеральный менеджер «Лейкерс» Роб Пелинка не проявил настоящего интереса, а «Нетс» категорически отказывались принимать Уэстбрука. Единственный реальный путь заполучить Ирвинга требовал избавиться от Уэстбрука.
Уэстбрук понимал ситуацию. Что бы Леброн ни говорил на публике, реальность оставалась прозрачной — он фактически выталкивал товарища из команды.
