Разрыв с «Мерседесом» после стольких лет оказался куда болезненнее, чем предполагалось. Хэмилтон сам признаёт: прошлый год получился «совсем нехорошим по многим аспектам». Он пришёл в «Феррари» с травмами, принял машину, к созданию которой не имел ровно никакого отношения, и попал в команду, которой ещё только предстояло его почувствовать. Результаты говорили сами за себя — и говорили неприятные вещи.
Сейчас картина другая. «Я пилотирую машину, в разработке которой лично участвовал», — сказал он, и в этой фразе слышится нечто большее, чем технический комментарий. Это вопрос причастности. Когда ты вложил себя в болид ещё на чертёжной стадии, ты едешь иначе — доверяешь ему.
Новый технический регламент он называет «эрой, которую полюбил». Плюс — никаких физических проблем на старте сезона, внутри команды больше слаженности, и сам он, по собственным словам, здоровее и спокойнее, чем был год назад.
«Я просто стал счастливее в своей жизни тоже», — добавил Хэмилтон. Коротко и, пожалуй, точнее любой телеметрии. Когда человек в порядке — машина едет быстрее. Формула-1 это знает давно, но каждый раз удивляется заново.
