«Лично я бы вообще не ставила турниры в феврале после Australian Open», — сказала белоруска, и в зале, кажется, никто не удивился.
Соболенко не просто жалуется на плотный календарь — она предлагает конкретное решение. По её словам, главная проблема не в самом расписании, а в обязательности участия. Когда спортсмен доходит до поздних стадий на одном крупном турнире, немедленный переезд и выход на корт на следующем — это не просто неудобно, это физически нечестно по отношению к собственному телу.
«Если ты далеко проходишь на Australian Open, то играть на Ближнем Востоке уже слишком скоро», — объяснила она, и логика здесь железная: между финалом в Мельбурне и стартом в Дохе или Дубае порой проходит меньше двух недель.
Соболенко считает, что игроки должны сами решать, где выступать, без принудительного участия в обязательных турнирах сразу после изматывающих марафонов. «Их нужно сократить», — добавила она коротко, без лишних слов.
Тема непростая — это она тоже признаёт. За расписанием стоят контракты, телеправа, интересы организаторов. Но когда об этом говорит действующая первая ракетка мира, не замечать такие слова становится труднее.
